Сырье нефтегазового происхождения выступает основой для выпуска этиленгликоля и пропиленгликоля, но в мире активно внедряют альтернативные способы производства. Многопрофильная компания из Великобритании Johnson Matthey расширила доступный производителям гликолей набор неклассических технологий.
Сырье нефтегазового происхождения выступает основой для выпуска этиленгликоля и пропиленгликоля, но в мире активно внедряют альтернативные способы производства. Многопрофильная компания из Великобритании Johnson Matthey расширила доступный производителям гликолей набор неклассических технологий.
Johnson Matthey (JM) ведет отсчет своей деятельности с 1817 года. Эта компания старше таких британских брендов как Burberry, Shell, Rolls-Royce или Barclays. JM за более чем 200 лет неоднократно меняла специализацию: аффинаж золота, банковские услуги, фармацевтика, производство красок, добыча редкоземельных металлов – и это неполный список того, чем с разной степенью успеха занималась компания.
В XXI веке JM трансформировалась в производителя автомобильных катализаторов, а также катализаторов для нефтехимической промышленности, поставщика технологических решений (лицензиара) в сфере водородной энергетики, декарбонизации и производства химических веществ. Эта компания из второй тысячи списка Forbes Global 2000 в 2024 году заработала скромные £108 млн чистой прибыли.
Нас прежде всего интересует деятельность JM в качестве лицензиара производства химических веществ. Компания выступает одним из мировых лидеров в развитии альтернативных способов получения метанола. В последние десятилетия в мире развиваются проекты по промышленному превращению метанола в олефины (этилен и пропилен) из которых помимо прочего получают этиленгликоль (ЭГ) и пропиленгликоль (ППГ).
JM предлагает производить метанол с низким содержанием углерода из отработанных потоков CO₂ биогенного происхождения и «зеленого» H₂, получаемого путем электролиза воды. Только в 2023–2025 годах компания выступила лицензиаром пяти новых низкоуглеродных метаноловых проектов в США, Испании, Уругвае и Австралии общей мощностью 1,76 млн тонн в год. Такое портфолио выглядит солидно для мирового рынка метанола со спросом 80 млн тонн в 2024-м. Ранее другие технологи JM использовались для запуска крупных производств метанола в Китае.
JM была представлена и в России. В 2008 году в Красноярске компания открыла завод автокатализаторов, сейчас предприятие работает под контролем российского менеджмента. Оборудование JM использовали для запуска установки по выпуску формалина в Подмосковье на проекте компании «Метафракс». Англичане также выступили лицензиарами пока нереализованного проекта по производству метанола на Дальнем Востоке.
JM обогатила мировую отрасль производства гликолей альтернативным способом получения ППГ. Традиционная технология производства этого вещества включает процессы переработки нефтегазового сырья с использованием пропилена и пропиленоксида в качестве промежуточных продуктов.
В процессе JM в качестве основного сырья используют глицерин — простейший трехатомный спирт, который в технологических схемах компании выступает как побочный продукт производства биодизеля. В этом случае можно говорить о том, что ППГ выпускается из 100% возобновляемого сырья, хотя на практике может использоваться глицерин и из других источников.
Биодизель можно получать из различных продуктов растительного происхождения — например, из отработанного кухонного масла, рапса, сои или масличной пальмы. Экологически чистый биодизель используют вместе с обычным дизельным топливом в транспортных средствах.
Согласно описанию JM, в предлагаемом процессе глицерин вступает в реакцию с водородом с помощью катализатора. Свежий глицерин испаряется в рециркулирующем потоке водорода с добавлением необходимого количества водорода из установки адсорбции с переменным давлением. Все побочные продукты удаляются путем дистилляции.
О том, насколько востребованной оказалась ППГ-технология JM нельзя сказать определенно – сама компания не сообщает о лицензионных контактах. Однако в мире за последние годы появилось несколько предприятий, где реализована цепочка: биодизель – глицерин – ППГ. Лицензиаром технологии для заводов в Бельгии и Польше выступает мировой химконцерн BASF. Так, завод польской компании ORLEN Południe открыли в 2022 году, там из глицерина получают до 30 тыс. тонн ППГ в год.
Для производителей моноэтиленгликоля (МЭГ) JM не только разработала новую технологию под ключ, но и внедрила ее на крупном предприятии. Партнером при разработке ноу-хау выступила американская химическая компания Eastman.
Компании в 2010-е создали технологический процесс с использованием запатентованного катализатора, чтобы получать МЭГ из метанола через преобразование последнего в формальдегид. Благодаря изобретению, производители метанола или формальдегида могут диверсифицировать бизнес или продлить цепочку переделов. В процессе, подробности которого не описывают, помимо формальдегида участвуют монооксид углерода и водород, а помимо МЭГ на выходе получают небольшое количество ценного сопродукта диэтиленгликоля (ДЭГ).
Еще одно преимущество этого способа — вариативность получения метанола, который может быть извлечен из различного сырья, включая уголь, природный газ или биомассу, что дает возможность производить МЭГ без доступа к этилену.
Формальдегид — бесцветный резко пахнущий газ. Используется для производства смол и вспомогательных реагентов, а также в медицине в качестве средства дезинфекции.
Эта технология «выстрелила», когда в 2018 году китайская компания Jiutai New Material выбрала ее для запуска производства на строящемся заводе по производству ЭГ мощностью 1 млн тонн в год в регионе Внутренняя Монголия. Основой всей дальнейшей цепочки реакций и переделов в этом случае выступает уголь. На предприятии, введенном в строй в 2022 году, полученный из каменного угля синтез-газ преобразовывают в метанол, затем в формальдегид, из которого и получают МЭГ. Технологии JM позволяют максимально повысить конверсию сырья и снизить потребление ресурсов на многоступенчатом этапе перехода от синтез-газа к МЭГ.
Важно, что Jiutai New Material может направлять избыток метанола, предназначенного для МЭГ, на другие предприятия своего холдинга. Мощности линии по выпуску формальдегида на 1,5 млн тонн в год делают Jiutai New Material крупнейшим мировым производителем этого вещества.
О других примерах внедрения этой оригинальной технологии ничего не известно. Однако это не значит, что они не появятся, особенно в Китае, где МЭГ на угольной основе занимает до 40% в общем объеме производства и в последние годы наращивает свою долю.
Способ получения МЭГ от JM нельзя назвать самым оптимальным или универсальным, подходящих для внедрения всеми производителями. Мы относим к его главным преимуществам следующее:
Прочитать о других альтернативных классике технологиях производства МЭГ вы также можете в нашем блоге. Например, о способе, когда ЭГ выступает побочным продуктом выпуска поликарбоната, или об огромном сегменте переработки угля в МЭГ. Найдется место и очень модному, но все еще маломощному производству биогликолей из кукурузы, отходов деревообработки, свеклы и сахарной патоки.
Тайвань лишь частично признан как государство, зато повсеместно признан в качестве технологического и индустриального лидера. В стране работает мощная нефтехимическая отрасль — местные компании по всему миру экспортируют полимеры и химвещества, включая этиленгликоль. В отличие от Южной Кореи, нефтехимия Тайваня избежала системного кризиса в 2025 году. Все подробности в этом материале.
Тайвань лишь частично признан как государство, зато повсеместно признан в качестве технологического и индустриального лидера. В стране работает мощная нефтехимическая отрасль — местные компании по всему миру экспортируют полимеры и химвещества, включая этиленгликоль. В отличие от Южной Кореи, нефтехимия Тайваня избежала системного кризиса в 2025 году. Все подробности в этом материале.
Тайвань – это параллельный Китай, уместившийся на острове площадью 36 тыс. квадратных километров, что сопоставимо по размерам с Ярославской областью России. Официальное название Тайваня, который под давлением материкового Китая не признают самостоятельным государством большинство других стран, — Китайская республика.
Подвешенный политический статус не мешает Тайваню играть значимую роль в глобальной экономике. Еще в 1970-е годы благодаря стремительному развитию страна завоевала статус одного из азиатских экономических «тигров». Сейчас Тайвань — настоящая полупроводниковая империя, где выпускают до 70% всех чипов в мире. Тайваньские компьютеры, ноутбуки, смартфоны знают и ценят повсеместно.
Нефтехимию считают третьим столпом индустрии Тайваня, после полупроводников и электроники. Небогатая нефтегазовым сырьем страна обеспечивает цепочку — от получения олефинов до производства полимеров для нужд собственных переработчиков и на экспорт. В линейке продуктов тайваньского нефтехима этиленгликоль (ЭГ) занимает не последнее место.
На Тайване работают пять крекинговых установок нафты общей производительностью по этилену 4 млн тонн и пропилену 3,4 млн тонн в год. Тремя крекерами оперирует Formosa Petrochemical Corporation (FPCC), еще два принадлежат государственной нефтегазовой компании CPC.
По сравнению с другими странами Азии, тайваньские крекинговые установки конкурентоспособны по себестоимости продукции за счет возраста оборудования и высокой производительности. Старые крекинговые заводы периодически заменяют новыми. Нынешние пять установок запущены в 1984, 1998, 2000, 2007 и 2013 годах.
Установки крекинга нафты интегрированы с местными нефтеперерабатывающими заводами. Тайваньские компании регулярно модернизируют нефтепереработку, что сказывается на производительности. Так, в первой половине 2020-х после завершения очередного этапа расширения мощность завода Formoza выросла с 450 тыс. до 540 тыс. баррелей в сутки.
За счет интеграции нефтепереработки и нефтехимии CPC и FPCC в зависимости от рыночных условий могут переключаться между видами сырья — нафтой и сжиженным газом.
Ключевых поставщиком нафты на Тайвань выступает Россия. Согласно общедоступным данным, с 2022-го по 1 июля 2025-го островитяне закупили в РФ 6,8 млн тонн нафты на 4,9 млрд долларов, что составило пятую часть всего экспорта нафты из нашей страны. В частности, FPCC нарастила долю российских поставщиков в объеме этого нефтепродукта с 9% до 90%.
В ноябре азиатские страны сократили закупки нафты из России из-за очередных санкций США в отношении российского экспорта нефти. Тайвань уменьшил объем закупок на 80% к предыдущему месяцу – до 37 тыс. тонн.
Доступ к большим объемам олефинов (этилен и пропилен) позволяет Тайваню развивать нефтехимию дальнейших переделов. Интеграция работает и тут: большинство производств пластиков и промежуточных продуктов локализованы на западном побережье страны в индустриальных парках, которые запитаны на переработку олефинов. Это решает задачу распределения и транспортировки сырья, кроме того, большинство производителей конечной нефтехимической продукции входят в единые управленческие контуры с нефтепереработчиками и производителями олефинов, являясь структурами крупных тайваньских бизнес-конгломератов.
Страна производит все востребованные полимеры: полиэтилен всех видов, полипропилен, поливинилхлорид и полистирол. В сегменте АБС-пластика Тайвань стабильно входит в топ-3 стран-производителей в XXI веке — этот материал выпускают компании CHIMEI и Taita. На экспорт направляется от 70% до 96% объема производства различных видов полимеров. Приоритетные экспортные направления Тайваня соседний Китай и близлежащие страны Азиатско-Тихоокеанского региона.
Согласно доступным данным, в 2022 году на Тайване произвели 1,303 млн тонн ЭГ. Из этого объема 60% продали в другие страны. По данным уже этого года, основными импортерами тайваньского ЭГ выступают Вьетнам, Индия и Индонезия.
В стране два производителя ЭГ – China Man-Made Fiber Corporation (CMFC) и Nan Ya Plastics Corporation (NYPC).
CMFC специализируется на производстве полиэфирных волокон и полиэфирной крошки. В отчете за 2024 год компания указывает, что получает этилен от CPC и FPCC для выпуска оксида этилена. Производимый из этиленоксида ЭГ используют на собственном заводе по выпуску полиэфира, а также продают другим производителям полиэфира в Азии. На сайте CMFC указана совокупная мощность по ЭГ двух площадок компании в городах Майляо и Гяосюн: 450 тысяч тонн моноэтиленгликоля (МЭГ), 40 тыс. тонн диэтиленгликоля (ДЭГ) и 2,5 тыс. тонн триэтиленгликоля (ТЭГ).
NYPC является частью Formosa Plastics Group и FPCC. Эти бизнесы связаны через общую корпоративную структуру и стратегическое взаимодействие. Заводы NYPC выпускают полиэфирные нити и пряжу, полиэтилентерефталат (ПЭТ), разнообразные пленки, инженерные пластики, а также готовые изделия из пластмасс — листы, панели, трубы и фитинги. В отчете за прошлый год компания указывает, что произвела 894 тыс. тонн ЭГ без разбивки по видам. На основе новостей отраслевых медиа, которые публикуют сообщения о закрытии на ремонт площадок по производству химвеществ, мы делаем вывод, что NYPC управляет тремя линиями по выпуску ЭГ, общей мощностью 1,24 млн тонн в год.
Таким образом, расчетные мощности по выпуску ЭГ на Тайване достигают 1,73 млн тонн в год. Много это или мало, можно понять, сравнив с российскими мощностями, которые позволяют выпускать около 400 тыс. тонн ЭГ в год.
Страна также обеспечена собственной терефталевой кислотой (ТФК), являющейся продуктовым спутником МЭГ, с помощью которого синтезируют ПЭТ и искусственные волокна. Единственный производитель ТФК на Тайване — Oriental Petrochemical Corporation с возможностью получать 2 млн тонн продукта ежегодно.
Выпускающие ЭГ и ТФК тайваньские компании имеют активы в других странах и участвуют в международной цепочке поставок. Formosa Plastics управляет нефтехимическими заводами в США, где помимо прочего производят ЭГ. Oriental Petrochemical Corporation реализует с компаниями КНР проекты в материковом Китае, в том числе по выпуску ЭГ.
Главная проблема тайваньской нефтехимии — динамика роста производства полимеров и промежуточных веществ в Китае. Могучий сосед год за годом наращивает выпуск, превращаясь из главного мирового импортера нефтехимии в экспортера. Возможностей для продаж в Китай становится все меньше. Кроме того, компании из КНР успешно конкурируют со старыми поставщиками на внешних рынках. Конкуренция с китайцами «добила» южнокорейскую нефтехимическую отрасль, которая в 2025-м ушла в глубокую перестройку с демонтажем избыточных производств и выстраиванием интеграции с нефтепереработчиками.
Тайвань пока сохраняет устойчивость, во многом благодаря связке нефтепереработки и нефтехимии, о чем мы писали выше. Однако нефтехимическая промышленность страны нуждается в стратегическом пересмотре сырьевой зависимости, усилении инновационной составляющей, а также в новых рынках сбыта.
По данным Тайваньской нефтехимической ассоциации, местные компании активно внедряют искусственный интеллект для повышения эффективности, работают над созданием более экологичных продуктов, встраивают практики экономики замкнутого цикла в производство полимеров и других химвеществ.
В ассоциации прогнозируют, что тайваньские крекинговые установки в 2025-м будут загружены 60–70% от мощности по этилену на фоне усиления конкуренции. При этом спрос на этилен вырастет до 3% год к году.
Пропиленгликоль способен увлажнять почву, защищать растения и обеспечивать лучшие условия для прорастания семян. Также он профилактирует опасные заболевания у крупного рогатого скота. Все подробности о том, чем ценен этот продукт для садоводов, дачников, фермеров и агрофирм – в этом материале.
Пропиленгликоль способен увлажнять почву, защищать растения и обеспечивать лучшие условия для прорастания семян. Также он профилактирует опасные заболевания у крупного рогатого скота. Все подробности о том, чем ценен этот продукт для садоводов, дачников, фермеров и агрофирм – в этом материале.
Пропиленгликоль (ППГ) – прозрачная ничем не пахнущая гигроскопичная жидкость, способная удерживать и связывать влагу. Он хорошо растворяется в воде и спирте, сохраняет стабильность при высоких и низких температурах. По своим основным свойствам ППГ близок к этиленгликолям, поэтому наряду с моноэтиленгликолем (МЭГ) служит ключевым компонентом антифризов и хладоносителей.
Однако ППГ обладает одним важным отличием от МЭГ – это вещество нетоксично, что существенно расширяет список сфер его применения. ППГ добавляют в табачные изделия, лекарства, косметику, средства гигиены и даже продукты питания (как пищевую добавку E-1520) в качестве увлажнителя, растворителя, регулятора вязкости и эмульгатора.
Свойства ППГ позволяют по-разному, но всегда с пользой применять его и в сельском хозяйстве, причем и в растениеводстве, и в животноводстве.
ППГ получают путем гидролиза пропиленоксида. В зависимости от степени очистки вещество бывает технического и пищевого назначения.
При производстве жидких удобрений и пестицидов (средства против вредителей и возбудителей болезней) ППГ применяют как стабилизатор и растворитель. Он создает баланс среди активных компонентов растворов, что повышает их полезный эффект. Также наличие ППГ предохраняет удобрения и пестициды от заморозков, сохраняя их жидкую консистенцию в случае складирования в холодное время года в неотапливаемых помещениях.
Гигроскопичные характеристики ППГ востребованы в засушливых местностях для удержания воды в почве и лучшего питания сельскохозяйственных растений. В этом случае гликоль можно точечно добавлять в землю или подмешивать в растворы для полива.
Способность ППГ удерживать влагу нашла применение при обработке семян. В частности, гликоль способствует набуханию семян перед высадкой в грунт, за счет чего они увеличиваются в объеме и лучше прорастают. Также ППГ обладает антисептическим эффектом, защищая семенной материал от плесени. Садоводы и дачники замачивают семена в растворе ППГ и воды, опрыскивают их непосредственно перед посадкой, а также поливают грунт водно-гликолевым раствором. Чтобы не навредить рассаде, важно соблюдать пропорции воды и ППГ и не допускать излишней концентрации химвещества.
Спрос на ППГ в России оценивают на уровне 40 тыс. тонн в год. Основной объем продукта импортируют. Единственным производителем ППГ долгое время была компания «Химпром» из Кемерова, в 2023 году производство пищевого ППГ стартовало на заводе «Нижнекамскнефтехим». Максимальный объем выпуска ППГ в России – до 9 тыс. тонн.
ППГ также широко применяют в качестве антифриза или криопротектора для растений. Уже из этих названий понятно, что речь идет о защите сельскохозяйственных культур от воздействия низких температур. В условиях средней полосы России разовые ночные заморозки способны уничтожить рассаду, серьезно навредить плодово-ягодным растениям.
Внезапные холода влияют на растения следующим образом: замерзающая вода в клетках превращается в лед, кристаллы которого разрезают мембраны, нанося фатальный ущерб – далее растение вянет, чахнет и гибнет. Соответственно задача вещества-криопротектора – предотвратить этот процесс.
Защитный раствор на основе ППГ после опрыскивания впитывается в растительную ткань и повышает устойчивость растения к похолоданию. Так, вместо 0 °C точка кристаллизации влаги смещается на несколько градусов ниже, что обеспечивает необходимый запас прочности. Кроме того, растительные антифризы с ППГ даже в случае сильных заморозков и обледенения клеточной влаги способны влиять на форму льда – вместо острых кристаллов формируются мелкие льдинки с округлыми гранями, практически безопасные для клеток.
При этом ППГ не является единственным и уникальным компонентом криопротекторов для защиты растений. Аналогом гликоля выступает глицерин, широко используют сахара, а аминокислоты и различные микроэлементы выступают мощными биостимуляторами, которые делают растения устойчивее к холодам.
Не стоит путать антифризы для автомобилей с антифризами для защиты растений – у них разный состав и принцип действия. Обычный пищевой спирт также не согреет растения, а навредит им. Также следует помнить, что при заморозках -10 °C и ниже агрокультуры не спасет ни один криопротектор.
ППГ – относительно новая добавка для кормления молочных коров. Чтобы разобраться в ее полезном действии, погрузимся (совсем чуть-чуть) в вопросы здоровья и питания крупного рогатого скота.
От 3 недель до отела и до 3 недель после отела у молочных коров длится переходный период. Это критическая фаза, которая характеризуется значительными физиологическими изменениями, связанными с беременностью, родами и лактацией.
У животного резко возрастает потребность в энергии, которую обычный корм часто не может удовлетворить. Чтобы компенсировать дефицит энергии, молочные коровы мобилизуют жировые запасы, что приводит к повышению концентрации неэтерифицированных жирных кислот в крови. Избыток кислот направляется на синтез кетоновых тел, что способствует возникновению и прогрессированию кетоза. Кетоз также предрасполагает животных к различным вторичным заболеваниям.
Кетоз у коров – это нарушение обмена веществ, при котором в организме накапливаются кетоновые тела. Последствия — снижение молочной продуктивности, потеря веса, ухудшение репродуктивной функции. Кетоз у молочных коров встречается примерно в 15 % случаев, и его распространенность растет.
ППГ используется как в качестве терапевтического, так и в качестве профилактического средства. Механизм его действия заключается в повышении уровня глюкозы в сыворотке крови и снижении концентрации кетоновых тел. Кормовые добавки с ППГ помогают снизить частоту клинического кетоза, повысить надои и улучшить общее состояние здоровья животных в переходный период.
Рекомендуемая дозировка добавки ППГ для молочных коров составляет около 2% от общего количества корма или 300 граммов на каждую корову весом от 200 килограммов. Максимальная суточная норма – 800 граммов на животное.
Схожее с ППГ действие на здоровье и продуктивность молочных коров оказывает глицерин. Однако по ряду ключевых показателей ППГ показывает себя гораздо более эффективным средством.
Одним только предупреждением кетоза у коров полезный эффект ППГ для животноводов не исчерпывается.
В сети есть материалы о применении ППГ в энергетических препаратах для ягнят. Подобные препараты в рационе ягнят с момента рождения до трехмесячного возраста способствуют насыщению их организмов углеводами и энергией. Например, ППГ выступает синтетическим источником глюкозы извне. Главное, что полезные вещества поступают в организм и сразу включаются в метаболизм с образованием продуктов, необходимых для стабильного протекания обменных реакций.
В других зоотехнических исследованиях оценивают влияние ППГ на взрослых овец. Так, в работе бразильских ученых на основе практических опытов содержится вывод о том, что овцы, которым добавляют в корм ППГ, дают повышенные надои, а их ягнята быстрее растут. Авторы считают, что у потомства овец, которых регулярно кормили ППГ, улучшается профиль белковых и минеральных метаболитов.
Кроме применения в качестве энергетических кормовых добавок, в животноводстве ППГ выступает эффективным растворителем ветеринарных препаратов, сохраняя их консистенцию и срок годности. ППГ в жидком виде также используют в качестве увлажнителя сухих кормов для скота – такая добавка делает пищу более привлекательной и легче усвояемой.
Углубляемся в проблематику избыточных мощностей, оптимального сырья для выпуска МЭГ, международной торговли и тарифных ограничений, находим драйверы роста глобального рынка на ближайшие годы.
Углубляемся в проблематику избыточных мощностей, оптимального сырья для выпуска МЭГ, международной торговли и тарифных ограничений, находим драйверы роста глобального рынка на ближайшие годы.
В нашем блоге мы периодически говорим о глобальном рынке моноэтиленгликоля (МЭГ), тренды которого так или иначе влияют на состояние дел на российском рынке.
Этой осенью на отраслевом мероприятии в Сингапуре эксперт аналитического агентства S&P Global Commodity Insights Джойс Ли выступила с докладом, посвященным МЭГ. В документе обозначены актуальные тенденции, от которых зависят продажи, производство и потребление моноэтиленгликоля.
В статье мы приводим основные тезисы доклада – полной его версии в нашем распоряжении нет. Мысли, высказанные госпожой Ли, дополним своими комментариями.
Вторая половина прошлого десятилетия и первая пятилетка 2020-х годов – время бума запуска новых мощностей по производству МЭГ. На инвестиционные планы компаний почти никак не повлияли пандемия COVID-19 и рост напряженности в отношениях между государствами.
По данным S&P Global Commodity Insights, до 2019 года США, Канада, ближневосточные государства и Китай вносили примерно равный вклад в прирост новых мощностей по выпуску МЭГ, но за последние годы КНР опередила остальных, обеспечивая сейчас половину мирового производства. Так, только в 2024 году китайские компании нарастили выпуск МЭГ внутри страны на 15%. Как правило, выпуск этиленгликолей на китайских предприятиях интегрирован в цепочку, которая начинается с производства этилена, что позволяет перераспределять сырье и полупродукты на выпуск наиболее маржинальных веществ в конкретный период.
Следствием экстенсивного роста производственных мощностей стали недозагрузка заводов и снижение цен. Джойс Ли указывает, что производственная база росла быстрее рыночного спроса. По ее оценкам, загрузка линий по выпуску МЭГ составляет лишь 60%, а рост до 80% маловероятен до 2030 года. Отметим, что в последние годы для снижения операционных расходов компании сокращали интервалы между плановыми ремонтами оборудования, концентрируясь на бесперебойном производстве МЭГ в периоды пикового спроса.
Проблема избыточных мощностей в сегменте МЭГ, по нашему мнению, будет решаться за счет реализации следующих сценариев:
В 2025 году стало известно лишь об одном новом проекте по производству МЭГ за пределами Китая: бразильская нефтяная компания Petrobras намерена и прорабатывает планы по организации выпуска МЭГ на одной из своих площадок.
Джойс Ли много внимания уделила сфере переменных затрат при производстве МЭГ. От них зависит себестоимость конечного продукта и его конкурентоспособность. Ключевая переменная затрата – сырье, из которого через несколько переделов получают МЭГ.
В настоящее время производители, использующие этановое сырье, держат самую низкую себестоимость на единицу продукции. Преимущество этана в том, что при его пиролизе (термическом разложении) образуется значительно больше этилена по сравнению с другими видами сырья: для выработки тонны этилена требуется 1,2 тонны этана, тогда как при применении нафты расход достигает 2,1 тонны. Этан стал широко применяться в нефтехимии как побочный продукт в годы бурного освоения добычи сланцевой нефти США, затем на работу на этане переключились производители МЭГ на Ближнем Востоке. На импортный этан запитаны некоторые крупные этиленгликолевые заводы в Китае.
На втором месте по эффективности по данным S&P Global Commodity Insights находятся компании, использующие уголь в качестве сырья. Практически все производства, работающие по технологии coal-to-MEG, локализованы в Китае, где их доля в общем массиве производства МЭГ составляет не менее трети. На руку «угольным» производителям МЭГ и период низких цен на сырье. При этом их положение нельзя считать устойчивым: ценовая конъюнктура может поменяться, кроме того, уголь считается сырьем, добыча которого сопряжена с высоким ущербом для окружающей среды, что увеличивает риски ограничений на продукцию из угля.
В 2025 году угольный бенчмарк – австралийский уголь GC Newcastle – подешевел на 21%. Согласно прогнозу Всемирного банка его стоимость в следующем году уменьшится на 7%.
Госпожа Ли отметила, что в наиболее сложной ситуации оказались производители МЭГ, которые ориентированы на нафту. Из-за ценовой конъюнктуры, они в лучшем случае работают на пороге рентабельности. В Южной Корее, Тайване и Европе производители, работающие на этилене из нафты, вынуждены закрывать заводы по производству МЭГ. В S&P Global Commodity Insights считают, что для этих компаний ситуация принципиально не изменится в лучшую сторону в ближайшие годы.
К 2025 году международная торговля МЭГ максимально упростилась: 70% импорта приходится на Китай, 15% на Индию, еще 15% – на все остальные страны. На фоне ускоренного развития производства МЭГ в Китае, его доля в импорте постепенно упадет, тогда как Индия, которая вступила в долгосрочную стадию экономического роста, будет наращивать закупки МЭГ на внешнем рынке ввиду пока еще скромных возможностей для развития собственной производственной базы.
Ключевыми поставщиками в Китай и Индию выступают США и государства Ближнего Востока. По данным Джойс Ли, в этом году объем поставок американского МЭГ в КНР снизился из-за тарифного противостояния между двумя странами. Китай восполнил поставки из США за счет Саудовской Аравии, тогда как США перенаправили объемы МЭГ в Индию и Турцию.
Джойс Ли считает, что тарифная политика остается одним из ключевых факторов неопределенности на рынке МЭГ.
Представители текстильной промышленности Индии в 2025-м обратились к властям с просьбой не давать ход антидемпинговому расследованию, по итогам которого дополнительными пошлинами может быть обложен импорт МЭГ. Текстильщики указывают, что в 2025–2026 годах дефицит МЭГ в стране достигнет 12 млн тонн, что негативно скажется на развитии производства полиэфирных волокон.
Джойс Ли отметила, что несмотря на сохраняющиеся факторы неопределенности и волатильность мирового рынка МЭГ, его перспективы остаются позитивными из-за растущего спроса на полиэтилентерефталат (ПЭТ), который производят по технологии синтеза МЭГ и терефталевой кислоты. Тут мы добавим, что спросу на ПЭТ, из которого делают пластиковые бутылки и пищевую упаковку, поспособствует развитие сервисов доставки еды и напитков. Недорогой и готовый для переработки и повторного применения ПЭТ-пластик востребован в e-commerce – его популярность будет расти на фоне потребительских трендов в развивающихся странах, где население стремительно урбанизируется.
Еще одним фактором, который позитивно повлияет на мировой рынок МЭГ, по нашему мнению, станет стремительное проникновение технологий искусственного интеллекта (ИИ) во все новые сферы жизни. Рост ИИ‑нагрузок требует мощных дата‑центров, где воздушное охлаждение уже неэффективно. Переход на жидкостное охлаждение с хладоносителями на основе этиленгликолей снижает энергопотребление дата-центров на 30 %, а также минимизирует риски перегрева и экономит пространство. В результате распространение ИИ способно поддержать спрос на МЭГ и сделать его более устойчивым.
Системы, работающие на основе гликолевых смесей, выполняют важнейший функционал в средах, где замерзание или перегрев могут повредить оборудование или нарушить технологические процессы. В этом материале рассказываем, как устроены эти системы и где их применяют, определяем основные эксплуатационные риски и приводим правила, следование которым продлит бесперебойную работу систем.
Системы, работающие на основе гликолевых смесей, выполняют важнейший функционал в средах, где замерзание или перегрев могут повредить оборудование или нарушить технологические процессы. В этом материале рассказываем, как устроены эти системы и где их применяют, определяем основные эксплуатационные риски и приводим правила, следование которым продлит бесперебойную работу систем.
Гликоли ценят за антифризные свойства, которые помогают жидкости оставаться жидкой при низких температурах, одновременно отводя тепло от критически важных компонентов. Они обеспечивают защиту от температурных колебаний, предотвращают коррозию, повышают энергоэффективность и продлевают срок службы оборудования.
В системах поддержания постоянной температуры используют два типа гликоля: пропиленгликоль и этиленгликоль. Первый нетоксичен и подходит для использования в пищевой промышленности. Этиленгликоль обладает лучшими тепловыми характеристиками, но требует осторожного обращения из-за токсичности. В чистом виде эти вещества не используют – в системах поддержания температуры применяют водно-гликолевые растворы с различной концентрацией ключевых компонентов.
Конструкция конкретных систем может различаться в зависимости от области применения, но большинство систем имеют общую «начинку»:
Вместе эти компоненты образуют герметичную систему, которая обеспечивает повторяемый эффективный обмен жидкостью с заданной температурой.
Их используют в отраслях, где критически важны точный контроль температуры, защита от замерзания или перегрева.
Во всех этих отраслях антифризные свойства, эффективность теплопередачи и безопасность гликоля делают его основой современных систем охлаждения. О том, как этиленгликоль сохраняет лед на аренах для зимних видов спорта, мы рассказали в отдельной статье.
Оптимальный диапазон температур в машинном зале дата-центра составляет 18–27 °C. Для некоторых видов ИТ-оборудования требуется более жесткий температурный режим.
Даже в хорошо спроектированной системе с гликолевым охлаждением со временем могут возникнуть проблемы. Понимание симптомов и причин этих проблем поможет эксплантатам избежать простоев, износа оборудования и перерасхода энергии. Ниже мы перечислили распространенные проблемы, а также дали рекомендации по диагностике и устранению.
Разница температур и недостаточное охлаждение. Если разница температур между гликолевой жидкостью на входе и выходе из системы велика, это может указывать на плохую теплопередачу. Возможные причины: низкая концентрация гликоля, втягивание воздуха или неправильный объем жидкости в замкнутом контуре.
Регулярный контроль температуры на входе и выходе поможет своевременно выявить дисбаланс.
Кавитация насоса. Признаками кавитации насоса (образования и схлопывания пузырьков в жидкости) являются вибрация и снижение скорости потока. Это может быть вызвано перепадом давления в длинных линиях подачи гликоля, проблемами с вязкостью из-за низких температур или чрезмерной концентрации гликоля, а также загрязненными компонентами системы.
Ключевой профилактической мерой является поддержание надлежащего давления в насосе.
Появление бактерий и разложение раствора. Замкнутые системы герметичны, но при отсутствии надлежащего ухода в них могут размножаться бактерии. Симптомы включают: скопление слизи в резервуарах или фильтрах, снижение энергоэффективности, неприятный запах или изменение цвета жидкости.
Рекомендуется использовать смеси гликоля, содержащие биоциды, а также периодически промывать систему.
Риск замерзания. Неправильное соотношение компонентов смеси, особенно в условиях экстремально низких температур или при отключении системы, может привести к потере свойств, обеспечивающих защиту от замерзания. К рискам относятся: замерзшие змеевики или теплообменники, трещины в трубопроводе, превращение гликоля в желеобразную субстанцию.
Для защиты от замерзания концентрация гликоля должна соответствовать условиям окружающей среды и рекомендациям производителя. Регулярный отбор проб поможет поддерживать правильное соотношение компонентов в растворе.
Высокое энергопотребление и низкая эффективность системы. Неэффективная система перегружает чиллеры и разгоняет счета за коммунальные услуги. Этому способствуют загрязненные поверхности теплообменника, разложение жидкости в результате окисления или термического распада, неправильные настройки управления.
Оцените энергопотребление за определенный период и сравните с базовыми показателями. Замена отработанной жидкости и балансировка работы насосов могут восстановить эффективность системы.
Несмотря на то, что большинство гликолевых контуров герметичны, изменения в химическом составе воды, температуре или состоянии жидкости могут привести к проблемам с производительностью, если их не контролировать.
Ключевые задачи профилактического обслуживания гликолевых систем поддержания температуры:
Триэтиленгликоль обладает уникальными свойствами, которые делают его ценным компонентом в индустрии фармацевтики. Разбираемся в пользе этого гликоля и перспективах его применения в новых технологиях здравоохранения и лекарственных средствах.
Триэтиленгликоль обладает уникальными свойствами, которые делают его ценным компонентом в индустрии фармацевтики. Разбираемся в пользе этого гликоля и перспективах его применения в новых технологиях здравоохранения и лекарственных средствах.
В статьях блога мы сравнительно нечасто говорим о триэтиленгликоле (ТЭГ). Напомним, что это бесцветная, ничем не пахнущая вязкая жидкость с высокой температурой кипения, которая относится к полиэтиленгликолям. ТЭГ в промышленности получают как побочный продукт гидратации этиленоксида с выработкой моноэтиленгликоля (МЭГ) и диэтиленгликоля (ДЭГ).
ТЭГ применяют в промышленных установках осушки природного газа перед транспортировкой, в качестве пластификатора для производства некоторых видов пластика и добавки в различные жидкости технического назначения. Еще одна сфера применения ТЭГ – растворитель для лакокрасочной продукции.
Между тем ТЭГ все шире применяют в фармацевтике. В список его ключевых и самых востребованных производителями лекарственных средств свойств входит:
В России ТЭГ относят к 3-му классу опасности. По данным Европейского агентства по химическим веществам, вещество не представляет опасности. Органы, регулирующие состав и оборот лекарственных средств во всех странах, устанавливают правила использования ТЭГ в конкретных фармацевтических целях, охватывающие такие аспекты, как предельные концентрации и ограничения по дозировке.
Об использовании различных видов гликолей в косметических и уходовых средствах мы рассказали в отдельном материале.
Полезные свойства ТЭГ применяются в разнообразных фармпрепаратах. Приведем список его основных функций:
Помимо общего применения ТЭГ играет ключевую роль в решении двух фундаментальных проблем, связанных с разработкой лекарственных препаратов.
Многие активные фармацевтические ингредиенты плохо растворяются в воде, что может существенно затруднить их всасывание и снизить эффективность в организме. ТЭГ помогает растворить эти ингредиенты, особенно в жидких лекарственных средствах. Повышая растворимость, ТЭГ обеспечивает пациентам получение предписанной дозы активного ингредиента.
Влажность, колебания температуры и другие факторы со временем могут ухудшать действие фармацевтических ингредиентов, снижая эффективность препарата. Гигроскопичность помогает контролировать уровень влажности в лекарствах, особенно в составах, чувствительных к влаге. Это предохраняет компоненты лекарства от разложения, гарантируя, что оно сохранит эффективность на протяжении всего срока годности.
Большинство научных работ, посвященных ТЭГ, были созданы в середине прошлого века – в основном они посвящены противомикробной активности в отношении микроорганизмов, находящихся в воздухе.
В случае применения ТЭГ в противовирусных аэрозолях, он выступает не в качестве вспомогательного компонента, а создает главное полезное действие. ТЭГ обладает микробицидными свойствами, поэтому аэрозоль с этим гликолем проявляет выраженную противомикробную активность в отношении микроорганизмов, передающихся воздушно-капельным путем.
Подобные решения стали чрезвычайно востребованы в годы пандемии COVID-19, когда средства индивидуальной защиты, социальное дистанцирование и даже вакцинация оказались недостаточно эффективными для сдерживания распространения вируса. Идеальной была бы ситуация, когда патоген удаляется или уничтожается до контакта с людьми с помощью средств, распыленных в воздухе.
Американская компания Grignard в 2020 году предложила технологию Grignard Pure, основанную на распылении аэрозоля с концентрацией ТЭГ 0,7 миллиграмм на кубический метр. Такой аэрозоль согласно информации разработчиков, способен уничтожать 98% SARS-CoV-2 (вирус, вызывающий COVID-19) в воздухе, где вероятность передачи инфекции наиболее высока. Решение Grignard Pure призвано снизить риск передачи вируса при разговоре, чихании и кашле, что является ключевой задачей, поскольку вирус может оставаться в воздухе в течение нескольких часов.
В 2021 году Grignard получила разрешение властей на использование Grignard Pure в нескольких штатах США, однако о результатах применения и масштабировании проекта доступной информации нет. В любом случае ТЭГ сохраняет потенциал стать действенным средством против будущих эпидемий.
Благодаря своей универсальности и уникальным свойствам ТЭГ будет играть все более важную роль в формировании будущего не только фармакологии, но и медицинских услуг в целом.
Большие перспективы для ТЭГ открываются в сегменте персонализированной медицины. Возможности этого гликоля в создании индивидуальных систем доставки лекарств может открыть путь к разработке препаратов, адаптированных к потребностям конкретного пациента. Интеграция ТЭГ в современные системы доставки лекарств, такие как наночастицы и липосомы, может обеспечить точную доставку препаратов непосредственно в пораженные клетки или ткани, что повышает результативность лечения и снижает количество нежелательных побочных эффектов.
Кроме этого, ТЭГ подходит для разработки инновационных биосовместимых покрытий для медицинских имплантатов и устройств, что улучшит их интеграцию в организм и снизит риск побочных реакций. Потенциальная роль ТЭГ в разработке составов для культивирования клеток и регенерации тканей может способствовать значительному прогрессу в области регенеративной медицины.
Запуск крупных предприятий создаст профицит отечественных полимеров на внутреннем рынке. Это станет достижением российской нефтехимии, однако высока вероятность пойти по сценарию перепроизводства и обрушить всю отрасль, включая сегмент этиленгликолей. Разбираемся в проектах развития, рисках и возможностях.
Запуск крупных предприятий создаст профицит отечественных полимеров на внутреннем рынке. Это станет достижением российской нефтехимии, однако высока вероятность пойти по сценарию перепроизводства и обрушить всю отрасль, включая сегмент этиленгликолей. Разбираемся в проектах развития, рисках и возможностях.
Российская нефтехимия находится в уникальной ситуации. Несмотря на все негативные события, случившиеся после 2022 года, отрасль далека от стагнации. Наоборот, большие инвестпроекты нефтехимических компаний вступили в завершающую стадию. Старт новых производств станет геймченджером, который кардинально поменяет российский рынок нефтехимических продуктов.
Агентство Arthur Consulting осенью опубликовало доклад о развитии нефтехимии, который стал известен благодаря статье в «Коммерсантъ». Согласно докладу, производство полимеров в первичных формах в России достигло уровня довоенного 2021 года, а уже в 2028 году объем выпуска увеличится на 5 млн тонн в год относительно 2024-го и достигнет 16 млн тонн. Главным вызовом рынка станет возможность «переварить» такой объем.
Проблема перепроизводства стала едва ли не главной для мирового рынка нефтехимических продуктов. На фоне рывка Китая по вводу новых мощностей, спрос на полимеры уже отстает от предложения, и эта тенденция сохранится в ближайшие годы.
Между тем, перепроизводство и проигрыш ценовой конкуренции китайским поставщикам может привести к острому кризису – ситуация в нефтехимии Южной Кореи тому пример. Сейчас там закрывают заводы, в том числе по производству этилена и этиленгликоля. Напомним, что этилен – это начало цепочки переделов химпродуктов, которая оканчивается полимерами (например, полиэтиленом), а этиленгликоль – одно из ответвлений этой цепочки.
Самым мощным и проектом, станет запуск Амурского газохимического комплекса (АГХК). Его реализует «Сибур» при участии китайских партнеров из Sinopec. После выхода на проектные мощности АГХК сможет давать до 2,7 млн полимеров ежегодно.
По итогам сентября общий прогресс строительства объекта достиг 88%, на установке пиролиза завершили испытания парового котла. На комплексе летом создали запас этиленгликоля, который применят на объекте для охлаждения моторов и обогрева оборудования зимой. Вещество в объеме 2,1 тыс. тонн поставили с «Нижнекамскнефтехима» (НКНХ, «Сибур») автоцистернами.
Напомним, что в конце 2024 года на НКНХ запустили комплекс ЭП-600, который способен давать 600 тыс. тонн этилена и 270 тыс. тонн пропилена в год. Олефины с ЭП-600 позволят «Сибуру» увеличить объемы выпуска полистирола, АБС-пластиков и других полимеров.
Другой важный текущий проект «Сибура» – расширение производства полипропилена на комплексе «Запсибнефтехим» в Тобольске. С 2027 года компания сможет получать 570 тыс. тонн полипропилена в год дополнительно.
Сроки завершения проекта Иркутской нефтяной компании по созданию завода полимеров, рассчитанного на выпуск 650 тыс. тонн полимеров, неоднократно переносили. В настоящее время строительство завершено и на объекте идут пусконаладочные работы. Эксперты полагают, что об открытии объявят в этом году или в начале следующего.
В совокупности только три этих проекта дают прирост мощностей по выпуску полимеров более 4 млн тонн. Еще миллион обеспечат НКНХ и «Казаньоргсинтез», запитанные на этилен с ЭП-600.
По всей видимости в начале 2030-х годов запустят и Балтийский химический комплекс» в Ленинградской области, который сможет выпускать до 3 млн тонн полиэтилена. Еще один проект будущего – нефтехимический комплекс ГК «Титан» в Омске, где выстроят всю этиленовую цепочку, включая процесс производства этиленгликоля.
На внутреннем рынке спрос на полимеры обеспечивают переработчики – производители пленок, пластиковых бутылок, упаковки, труб, отделочных материалов, автокомпонентов, медицинских изделий и т.д. Поставщики полимерного сырья подстраиваются под потребности переработчиков, разрабатывая специализированные марки полимеров. Так, по данным отраслевых экспертов, с 2020-го российские нефтехимики освоили более 250 новых марок полимеров и других веществ.
После ухода в 2022 году многих зарубежных поставщиков, бизнес отечественных производителей товаров из пластика получил мощный импульс развития, который не исчерпан до сих пор. Государство помогает переработчикам, софинансируя крупные проекты. Так, в 2024 году инвесторы получили более 9 млрд рублей госфинансирования на проекты по созданию производств полимерных труб, складской тары и различной упаковки.
Согласно расчетам Plastinfo, по итогам прошлого года потребление пяти самых востребованных полимеров (полиэтилен, полипропилен, поливинилхлорид, полиэтилентерефталат, полистирол) в России составило 7,4 млн тонн, превышает показатели 2023-го на 2%, а 2021-го на 4%.
Одним из главных негативных факторов, которые отражаются на спросе на российскую пластиковую продукцию внутри страны, остается конкуренция с китайскими поставщиками. Аналоги из КНР могут стоить на 20–30% дешевле.
В структуре импорта полимерных изделий в 2024-м наибольшие доли у сложных пленок (27%), покрытий для пола и стен (14%), фурнитуры и канцтоваров (13%).
Ситуативный фактор, который тормозит отечественную переработку, ситуация в экономике в 2025 и 2026 годах. Высокая ключевая ставка ЦБ снижает возможность привлекать внешние ресурсы для новых проектов, а ожидаемый рост налогов заставит «зашивать» их в конечную стоимость продукции, что чревато снижением конкурентоспособности. Показательно, что в первой половине 2025 года зарегистрировали на 16% меньше юрлиц, которые специализируются на переработке пластикового сырья.
И все же большинство экспертов позитивно смотрят на будущее российской отрасли переработки полимеров. Наилучшие перспективы у сегментов упаковки (за счет развития интернет-торговли), строительных материалов (за счет повышения требований к экологичности и энергоэффективности зданий и сооружений) и сельского хозяйства (за счет спроса на материалы для теплиц и трубки для капельного орошения).
Увеличение объемов экспорта может стать еще одним решением для сбыта возросшего объема полимеров. Уже сейчас отечественные полимеры могут успешно конкурировать с зарубежными аналогами, однако сдерживающим фактором выступают цены и логистические издержки.
После 2022 года российские нефтехимические компании (прежде всего «Сибур») в короткие сроки переключили экспортные маршруты с Европы на Турцию, Китай и страны Средней Азии – и сейчас продолжают фокусироваться на этих направлениях.
Согласно данным компании «Технологии доверия», на которые ссылается агентство Rupec, по итогам периода январь–август 2025 года экспорт российского полиэтилена вырос с 500 тыс. тонн до 700 тыс. тонн (цифры округлены) или на 46% к аналогичному периоду 2024-го, а объемы по полипропилену выросли на 15% (абсолютных цифр нет). При это поставки в КНР этих полимеров фактически удвоились.
Мы видим два главных фактора, которые в дальнейшем могут негативно сказаться на возможностях России наращивать экспорт нефтехимической продукции:
насыщение рынка стран, закупающих наши продукты, аналогами за счет развития собственного производства. Особенно это актуально в отношении Китая. Меньшими темпами, но все же идет развитие нефтехимии и в Турции, и в странах Средней Азии;
ужесточение экономического давления на Россию со стороны Запада, расширение практики «вторичных» санкций для покупателей российского экспорта, специальные меры против нефтехимической отрасли.
Вместе с тем существуют и возможности для значительного роста объемов экспорта нефтехимпродуктов из РФ в ближайшие годы. Новыми и перспективными рынками могут стать страны Африки и юго-восточной Азии. При этом перспективы геополитической сделки и хотя бы частичного снятия санкций шире открывают окно возможностей для развития экспортных продаж.
За короткий срок процветающая нефтехимическая отрасль Республики Корея с объемом производства МЭГ 1,5 млн тонн в год оказалась на пороге катастрофы. Разбираемся в причинах кризиса, рассказываем о плане реструктуризации нефтехимии.
За короткий срок процветающая нефтехимическая отрасль Республики Корея с объемом производства МЭГ 1,5 млн тонн в год оказалась на пороге катастрофы. Разбираемся в причинах кризиса, рассказываем о плане реструктуризации нефтехимии.
Республику Корея (Южную Корею) относят к «азиатским тиграм» — государствам, которые в считанные десятилетия XX века «прыжком» преодолели дистанцию от слаборазвитых сельскохозяйственных стран до лидеров в технологиях и производстве. Корейские автомобили, бытовую технику, электронные девайсы, станки и морские суда знают и ценят во всем мире.
С момента запуска первого нефтехимического комплекса в 1970-е, местная нефтехимия бурно развивалась. Южная Корея — четвертый по объемам производитель нефтехимических продуктов в мире. Страна может производить около 13 млн тонн этилена и 11 млн тонн пропилена в год и способна не только обеспечить себя базовыми химвеществами и полимерами, но и экспортировать существенную часть нефтехимпродуктов.
К крупнейшим южнокорейским нефтехимическим компаниям относят LG Chem, Hanwha Solutions, Lotte Chemical и Kumho Petrochemical. Помимо предприятий внутри страны, они управляют производственными площадками во многих странах и реализуют проекты с лидерами мировой нефтехимии.
Мощности корейских предприятий по производству этиленгликоля составляют 1,548 млн тонн: 1,130 млн тонн у Lotte Chemical, 218 тыс. тонн – вклад совместного предприятия Kumho Petrochemical и французской Total, еще 200 тыс. тонн дает небольшая компания KPIC. Для сравнения – Южная Корея почти в четыре раза превосходит Россию в мощности производств по выпуску этиленгликоля.
Нефтехимия Южной Кореи иногда испытывала проблемы, однако ситуация середины 2020-х может стать самым болезненным кризисом, оказавшим фундаментальное влияние на будущее отрасли.
Первый звонок прозвенел в прошлом году. По итогам третьего квартала четыре крупнейшие южнокорейские нефтехимические компании получили совокупный убыток 318 млн долларов.
В конце прошлого года Lotte Chemical сообщила, что закрывает одно из производств этиленгликоля (120 тыс. тонн в год) и метилметакрилата (50 тыс. тонн в год) из-за неблагоприятной рыночной конъюнктуры. Компания также сообщила, что готова продать долю на своем предприятии в Пакистане, а также приостанавливает работу завода по выпуску синтетического каучука в Малайзии.
Другой представитель топ-4 нефтехимических гигантов LG Chem в 2024-м закрыла заводы по производству стирола, которые простаивали со времен пандемии.
Тревожная статистика пришла и с фондовой биржи: весной этого года Blomberg сообщил, что на фоне кризиса в отрасли стоимость акций южнокорейских нефтехимических гигантов за год к марту 2025-го упала примерно на 25%.
В августе стало известно, что компания Yeochun NCC, которая производит до 2,3 млн тонн этилена ежегодно, находится в предбанкротном состоянии на фоне падения спроса на этилен. О приостановке работы или начале длительных ремонтных работ сообщили и ряд менее крупных производителей этилена и пропилена.
Летом 2025-го корейские нефтехимические компании приступили к сносу закрытых ранее производственных площадок.
Важно понять, что привело нефтехимию Южной Кореи к кризису. Эксперты выделяют несколько причин.
Во-первых, нефтехимическая отрасль страны зависит от импорта сырья — в Корее не добывают значительных объемов нефти и газа. Производство олефинов (этилен и пропилен) основано на переработке импортной нафты, по объему закупок которой Южная Корея еще недавно занимала лидирующие позиции в мире. Такая модель делает местных переработчиков крайне уязвимыми к колебаниям цен на сырье, что сказывается на ценовой конкурентоспособности конечных продуктов. До 2022 года местные компании закупали до 25% всего объема нафты в России, затем им пришлось в срочном порядке искать альтернативы. Рост логистических расходов сокращает прибыль производителей олефинов и полиолефинов (полимеров).
В первой четверти этого века Южная Корея увеличила мощности по производству этилена в 2,6 раза, а пропилена – в 2,8 раза. По объемам этилен-пропиленовых мощностей страна сейчас почти в два раза превосходит Японию, которой значительно уступала 25 лет назад.
Во-ворых, экспортно ориентированная нефтехимия Южной Кореи на внешних рынках в последние годы проигрывает конкуренцию китайской продукции. Сам Китай традиционно выступал приоритетным импортным направлением для корейской нефтехимии с долей 20-25% в течение последних 10 лет. Китай год за годом наращивает производство нефтехимпродуктов и снижает объемы закупок у зарубежных поставщиков. Например, в 2023 году 23% экспорта полипропилена из Кореи пришлось на Китай. При этом уже к 2030 году Китай может полностью обеспечить себя собственным полипропиленом и перейти к активной экспортной экспансии. Примерно такая же ситуация складывается и с другими продуктами, которые Южная Корея поставляет в Китай, включая МЭГ.
В-третьих, внутри страны нет существенного потенциала для увеличения потребления полимеров и другой химпродукции. А значит перенаправить на внутренний рынок все те объемы, которые шли на экспорт, не получится. Важнейшей проблемой для экономики Южной Кореи является продолжающееся снижение темпов роста. Во многом это связано с демографией. Население страны начало сокращаться, и ожидается, что оно уменьшится с 37,4 млн в 2020 году до 24,2 млн в 2050 году.
Власти и компании были вынуждены принять антикризисные меры для спасения отрасли. В августе правительство опубликовало план по реструктуризации нефтехимической промышленности, основными положениями которого стали:
Кроме того, правительство продвигает план вертикальной интеграции нефтеперерабатывающей и нефтехимической промышленности. Это позволит нефтехимикам получать нафту с нефтеперерабатывающих заводов по более низкой цене.
Сокращение крекинга нафты приведет и к уменьшению объемов выпуска основной нефтехимической продукции. По оценкам портала Discovery Alert, производство полиэтилена может быть сокращено на 15–20%, а полипропилена – на 12–15%.
По плану реструктуризации нефтехимии в Южной Корее могут сократить производство этиленгликоля на 300–350 тыс. тонн или на 19–23% от объема существующих мощностей.
По мнению аналитиков ICIS, поддерживаемые государством гиганты, а также компании, интегрированные в нефтегазовую отрасль, будут все больше доминировать в нефтехимии, в то время как мелкие игроки, будут вынуждены переключиться на производство специализированных химикатов и композитных материалов.
О том, насколько эффективными окажутся антикризисные меры, можно будет сказать минимум через год. Сейчас в истории с кризисом и попыткой спасения нефтехимии в далекой Южной Корее самыми важными представляются следующие выводы, универсальные для всех отраслей и бизнесов:
Пошлины работают как эффективный рычаг протекционистской политики многих государств. Что такое антидемпинг и как его применяют в сфере торговли нефтехимическими продуктами, включая и этиленгликоли, — расскажем в этой статье.
Пошлины работают как эффективный рычаг протекционистской политики многих государств. Что такое антидемпинг и как его применяют в сфере торговли нефтехимическими продуктами, включая и этиленгликоли, — расскажем в этой статье.
В последние годы в мировой торговле большую роль играют санкции. «Фишка» 2025 года — запретительные тарифы, которые при отсутствии формальных запретов перекрывают возможность ввоза определенной продукции или продукции из определенной страны.
Антидемпинговые пошлины – более тонкий инструмент, которым пользуются в ситуации, когда нужно защитить внутреннего производителя от дешевого импорта. В этом году к антидемпинговым мерам в отношении нефтехимической продукции различные государства прибегают довольно часто. Практика антидемпинговых пошлин влияет и на конфигурацию цепочек поставок нефтехимической продукции в масштабах глобального рынка.
Демпинг – это продажа товара по цене ниже нормальной. В этом контексте мы подразумеваем демпинг со стороны импортных товаров. Причины «щедрости» иностранного поставщика могут лежать в особенностях производства: например, за счет доступа к дешевым ресурсам или низкой стоимости труда в своей стране, компания может снизить издержки и выйти на рынок других стран с более низкой ценой, чем та, которую предлагают местные производители. Однако возможен и другой сценарий, при котором иностранный поставщик себе в ущерб занижает цены, чтобы получить долю на местном рынке и потом взвинтить цены.
Вне зависимости от соображений, такие действия иностранных поставщиков наносят ущерб национальной экономике, так как снижают прибыль местных производителей, что чревато уменьшением налогооблагаемой базы и даже закрытием производств. Одним из способов нейтрализации такого ущерба выступают антидемпинговые пошлины, которые направлены на восстановление конкурентных условий для всех участников рынка.
Зачастую в качестве бенчмарка используют критерий закона, принятого в Великобритании в 1990-е годы: цена считается демпинговой, если она минимум на 20% меньше, чем на внутреннем рынке в стране происхождения товара или на 8 % ниже мировой.
Размер антидемпинговых пошлин измеряют в процентах к стоимости ввозимого товара или в абсолютных цифрах в расчете на единицу товара (например, на килограмм). С учетом оплаты пошлин стоимость ввозимых товаров будет соответствовать предложениям внутренних продавцов или даже превышать их.
Введению антидемпинговой пошлины предшествует длительная процедура расследования, которое в разных странах занимает от года до полутора. В ходе расследования устанавливают факт демпинга и материального ущерба, который понесли местные производители, а в итоге выносят решение о размере пошлины и о сроке ее действия (не всегда).
В государствах Евразийского экономического союза (ЕАЭС), включая Россию, антидемпинговые меры на срок до пяти лет вводит Евразийская экономическая комиссия.
Китай – та страна, в отношении товаров из которой чаще других вводят антидемпинговые пошлины. Крупнейший мировой экспортер создает конкуренцию на рынках большинства государств, регулирующие органы которых раз за разом начинают расследования в отношении новой категории китайского импорта. Все чаще предметом антидемпинговых разбирательств становятся полимеры и другая нефтехимическая продукция из Поднебесной – это еще одно следствие гигантского рывка в развитии нефтехимии, сделанного этой страной за последние 20 лет.
Так, в сентябре 2025 года министерство торговли Индии опубликовало заявление, в котором говорилось, что в ответ на заявки, поданные тремя индийскими компаниями, оно инициировало антидемпинговое расследование в отношении полиэтилентерефталата (ПЭТ), произведенного в Китае или импортированного из Китая. Длительность расследования по делу охватывает период с 2021 года. Мексика и Канада также расследуют деятельность китайских поставщиков ПЭТ на предмет демпинга. Годом ранее в Индии ввели антидемпинговую пошлину для китайского производителя Wankai New Materials в 40,41 доллара США за тонну, в то время как антидемпинговые пошлины для других поставщиков из КНР остались без изменений.
В прошлом месяце Европейская комиссия сообщила о начале расследования в отношении нетканых материалов из полиэфира, произведенного в Китае. Ожидается, что предварительное решение по этому делу будет вынесено в течение 8 месяцев.
В начале этого года Индонезия ввела антидемпинговые пошлины на импорт полиамидной пленки из Китая, Таиланда и Тайваня сроком на четыре года. Ставка пошлин будет варьироваться от 0,07 до 1,92 доллара за килограмм. Самые высокую ставку получили поставщики из Тайваня.
Китай и сам использует инструмент антидемпинга для защиты своего рынка нефтехимической продукции. Так, в 2024-м КНР ввела пошлины на импорт галогенированного бутилкаучука из Канады и Японии. Поставщики из этих стран должны оплачивать пошлины в размере 40,5% от стоимости этого полимера.
Антидемпинговые пошлины на нефтехимическую продукцию — практика не только торговых партнеров Китая. Зачастую введение пошлин кардинальным образом меняет схему поставок и приносит выгоду компаниям из третьих стран. Так, после того как Бразилия в этом году ввела антидемпинговые пошлины на полиэтилен (199 долларов за тонну) и поливинилхлорид (пошлину увеличили с 8,2% до 43,7%) из США, потребителям полимеров в этой стране пришлось задействовать альтернативные источники внешних поставок. Одним из них выступил Египет – благодаря соглашению о беспошлинной торговле, египтяне в 2025 году нарастили поставки полиэтилена и поливинилхлорида в Бразилию в 11 раз.
Полимерное сырье из России также подпадает под действие антидемпинговых правил. Летом 2025-го Турция объявила о введении специальных пошлин на биаксиально-ориентированную полипропиленовую (БОПП) пленку из России, Китая и Египта. БОПП из нашей страны обременили пошлиной 47,14% от цены поставки. В августе Турция обнулила все пошлины в отношении полиэтилена, полипропилена и других нефтехимических продуктов из Катара. Ранее катарские полимеры облагали пошлинами до 100% от стоимости.
Летом по инициативе компании «Сибур» Евразийская экономическая комиссия начала антидемпинговое расследование в отношении полимеров из Туркменистана и Азербайджана. Предположительно, в 2024 году эти полимеры продавались в странах ЕАЭС по ценам ниже внутренних цен на рынке стран-поставщиков.
В сегменте этиленгликолей практика антидемпинговых расследований меньше распространена по сравнению с другими продуктами нефтехимии. Главным прецедентом остается введение Европейской комиссией специальных пошлин на моноэтиленгликоль (МЭГ) из США и Саудовской Аравии. С конца 2021 года для американского МЭГ, поставляемого в Европу, действуют тарифы от 3% до 60,1% от стоимости в зависимости от компании; саудовский продукт обременен единой пошлиной в 7,7%.
В декабре прошлого года Индия закрыла антидемпинговое расследование импорта МЭГ из Саудовской Аравии, США и Кувейта, которое открывали по инициативе местных производителей этиленгликоля. Страна ежегодно наращивает закупку МЭГ и не заинтересована в установлении барьеров для импортеров.
Еще один крупнейший импортер МЭГ – Китай – также вряд ли будет в ближайшие годы применять антидемпинговые инструменты для импортного МЭГ. По крайней мере до того момента, когда развитие производства МЭГ внутри Китая не позволит этой стране самой стать экспортером этиленгликоля. Предположим, что это может случиться уже в следующем десятилетии. И тогда же китайский МЭГ может заменить саудовский и американский в списке этиленгликолей, которые чаще других становятся объектом антидемпинговых расследований.
Терефталевая кислота (ТФК), которая вместе с МЭГ выступает ключевым сырьем для производства ПЭТ в последние годы также становится предметом антидемпинговых расследований.
Из чего состоит стеклоомывающая незамерзающая жидкость для автомобилей, сколько там этиленгликоля и какие свойства продукту он придает, как проверить такую автохимию перед покупкой? Разбираемся подробно.
Из чего состоит стеклоомывающая незамерзающая жидкость для автомобилей, сколько там этиленгликоля и какие свойства продукту он придает, как проверить такую автохимию перед покупкой? Разбираемся подробно.
Не в каждом интернет-материале о свойствах и компонентах автостекломоя упоминают этиленгликоли даже через запятую. Мы не можем пройти мимо «мерцающего» статуса гликолей в составе чрезвычайно важной жидкости, которой пользуется каждый владелец авто – спешим восстановить справедливость.
Итак, на каждый объем зимней омывающей жидкости для стекол приходится 5% этиленгликоля… Цифра не поражает воображение. В отличие от антифризов, где моноэтиленгликоль (МЭГ) придает фундаментальные свойства всему продукту, в незамерзайке для стекол он выступает лишь стабилизатором и улучшает базовые характеристики жидкости, – повышает растворимость органических элементов, продлевает срок эксплуатации, не позволяет спиртам быстро испаряться с поверхности, помогает обеспечивать текучесть жидкости.
Действительно, объем этиленгликоля, который используют для создания единицы стеклоомывающей жидкости, не идет в сравнение с МЭГ-компонентой автомобильных антифризов, где доля этиленгликоля в среднем составляет 49%. Однако, важное спрятано в деталях: 5–8 литров высококачественного антифриза G11, залитого в систему охлаждения двигателя авто, меняют через 40-50 тыс. километров пробега, что эквивалентно двум-трем годам; тогда как только за зиму на легковую машину в среднем уходит 20-25 литров незамерзающего стеклоомывателя… Далее мы рискуем ступить на зыбкую почву детализированных сравнений, где нет полного набора данных и любой расчет нельзя окончательно доказать или опровергнуть. Поэтому лишь констатируем, что сегмент производства незамерзающих омывающих жидкостей для автостекол потребляет серьезные объемы этиленгликоля.
Первый очиститель лобового стекла для автомобилей появился в 1936 году в качестве дополнительной опции, которую устанавливали на авто после покупки. Основные автопроизводители США стали оснащать такими устройствами свои машины с начала 1950-х годов.
Распыление омывающей жидкости на лобовое стекло автомобиля обычно происходит с помощью электрического насоса через форсунки, установленные либо под стеклом, либо под щетками. При этом автоматически включаются очистители, удаляющие грязь или осадки с лобового стекла. В некоторых моделях авто таким же способом омывают заднее стекло или фары.
Стеклоомыватели для авто делятся на летние и зимние. Летнюю жидкость изготавливают на основе воды и моющих добавок. В зимней более сложный состав, включая спирты. Есть вариант со всепогодной жидкостью, представляющей собой концентрат, который можно разводить водой в большей или меньшей концентрации в зависимости от сезона.
В нашей стране одним из ключевых свойств стеклоомывателя выступает устойчивость к низким температурам – жидкость должна оставаться жидкостью даже при сильных морозах (доступны варианты продукта для работы в условиях ниже 50 °C). Другие требования к стекломою простые и очевидные: он должен быть безопасным для людей и нейтральным к пластику и краске. Все это определяет состав растворов незамерзающей жидкости, куда в разных пропорциях входят вода, спирт, этиленгликоль, поверхностно-активные (ПАВ) моющие вещества, отдушки (ароматизаторы) и красители.
«Омывайкой» правильно называть жидкости для теплого сезона, предназначенные для очистки стекол, тогда как «незамерзайки» – это варианты для минусовых температур, когда помимо моющих свойств, критически важной характеристикой раствора выступает текучесть и сохранение в жидком агрегатном состоянии.
Спирт – ключевой компонент незамерзайки. Чтобы понизить температуру кристаллизации Н2О, используют простые одноатомные спирты.
Во всем мире в омывающих жидкостях применяют три вида спирта:
Содержание спиртов в зимних стеклоомывателях составляет от 25% до 75%. Чем больше технического спирта, тем ниже температура замерзания жидкости. Концентрация изопропанола в 50% позволяет обеспечить жидкое состояние раствора при температуре до -30 °C.
По данным исследования MegaResearch, по состоянию на 2022 год до трети рынка стеклоомывающей жидкости в РФ составляла запрещенная продукция на основе метанола.
Кратко рассмотрим прочие компоненты незамерзайки, не относящиеся к простейшим спиртам:
В случае повышенной концентрации этиленгликоля в автостекломое при минусовых температурах уровень вязкости повысится – жидкость сможет не выйти сквозь форсунки.
Покупка некачественной незамерзающей жидкости может стать причиной разнообразных проблем и даже аварий. Советуем следовать простым правилам, которые помогут избежать неприятностей:
С 1 сентября 2025 года на омыватели стекол, как и на антифриз распространяются правила обязательной маркировки в системе «Честный знак».
Будет нелишним напомнить: путать низкозамерзающие охлаждающие жидкости для двигателя (антифризы) и незамерзающие жидкости для стекол нельзя ни при каких обстоятельствах. Несмотря на схожий принцип действия (они должны сохранять текучесть), антифриз и незамерзайка имеют разный состав и предназначены для разных задач. Эти продукты не являются взаимозаменяемыми, а их смешивание может привести к непредсказуемым химическим реакциям.
